1918 г. Дрейфующая станция С. Сторкерсона

Тема: Дрейфующие станции. Ледовые, судовые, сезонные и долговременные.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

1918 г. Дрейфующая станция С. Сторкерсона

Сообщение [ Леспромхоз ] » 13 Август 2012 19:47

"Природа" 1969 г., №8

239 дней на ледяном острове
© Б. А. Кремер
Москва

УДК 910.2; 998

 Кремер_1969-08 - 0001.jpg
 Кремер_1969-08 - 0002.jpg
 Кремер_1969-08 - 0003.jpg
 Кремер_1969-08 - 0004.jpg
 Кремер_1969-08 - 0005.jpg


В прошлом, еще задолго до дрейфа современных научных станций, известны случаи длительных, преимущественно вызванных стихийными обстоятельствами, дрейфов людей на морских льдах.
В 1869—1870 гг. 202 дня дрейфовал в Гренландском море экипаж раздавленного льдами и затонувшего судна Второй германской полярной экспедиции «Ганза». (Свой дрейф моряки «Ганзы» начали почти в том месте, откуда в феврале 1938 г. была эвакуирована станция Папанина. ) Шесть с половиной месяцев провели в 1872—1873 гг. на дрейфующих льдах моря Баффина и Атлантического океана моряки американского экспедиционного судна «Полярис». Они были сняты со льдов случайным судном, когда дрейфовали уже в районе о. Ньюфаундленд (50° 35' с. ш. ). В коротком, но предельно опасном дрейфе в 1888 г. находились Ф. Нансен и его спутники при переходе на лодках со зверобойного судна «Язон» к восточному берегу Гренландии. Пять с половиной месяцев дрейфовали на льдах в южнополярных водах участники антарктической экспедиции Э. Шеклтона 1915—1916 гг.
Но особый интерес представляет дрейф канадского арктического путешественника Сторкера Сторкерсона в 1918 г. в море Бофорта, о чем я и хочу рассказать. В отечественной литературе этому дрейфу до сих пор не уделено должного внимания {1}.

{1} В переводной литературе ему отведено менее страницы в книге В. Стефансона «Гостеприимная Арктика», изданной в сокращенном виде в 1935 г. Изд-вом Главсевморпути, а в 1948 г. — Географгизом. «К сожалению, — отметил В. Ю. Визе в предисловии к этой книге, — о походе Сторкерсона известно очень мало и в настоящем издании ему посвящена только одна страница». Это не совсем точно, ибо достаточно подробный отчет Сторкерсона был опубликован в Канаде еще в 1920 г. (Macleans Magazine of Toronto, 1920, March 15, April 1) и затем в качестве приложения включен в книгу В. Стефансона «The Friendly Arctic», N. Y., 1921 (и последующие издания).

В 1913—1917 гг. в море Бофорта и на примыкающей к нему суше под руководством В. Стефансона работала Канадская арктическая экспедиция. В. Стефансон взял на себя наиболее тяжелую и опасную часть программы работ. В сопровождении спутников (как правило, С. Сторкерсона и О. Андреасена) он совершил несколько длительных и дальних походов по дрейфующим льдам и по островам моря Бофорта. Наряду с географическими исследованиями целью этих походов была практическая проверка теории В. Стефансона о возможности жизни исследователей в арктической тундре и на дрейфующих льдах Северного Ледовитого океана за счет охоты.
Этому последнему вопросу В. Стефенсон придавал особенно большое значение. Он утверждал, что со времен Магеллана не вставало более важной географической проблемы, чем та, которую они должны были решить: «Является ли Арктика пустыней, по своей природе враждебной жизни, или она враждебна только той жизни, какой живут на юге, и людям, живущим как южане, но дружественна к любому человеку или животному, которые будут применяться к ее условиям» {1}.

{1} V. Sfefansson. The Friendly Arctic. N. Y., 1943.

В соответствии с этой теорией основное снаряжение, которое бралось в походы, включало охотничьи ружья и патроны, научные приборы и фотоаппараты, запасную одежду, постельные и кухонные принадлежности. Продовольствия и керосина брали столько, сколько можно было взять, не перегружая нарт. При этом предпочтение отдавалось керосину, так как пользоваться им для приготовления пищи значительно удобнее, чем звериным жиром. В то же время мясо морских и других животных В. Стефенсон предпочитал любым продуктам фабричного производства. Следуя своей теории, в первый поход, который продолжался почти полгода (с 22 марта по 11 сентября 1914 г. ), В. Стефансон взял продовольствия для людей только на тридцать дней и корма для собак — на сорок.
Опыт похода, казалось, неопровержимо подтвердил правильность теории В. Стефансона. Путешественники, охотясь на тюленей, белых медведей и северных оленей, прошли по дрейфующим льдам и островам моря Бофорта более тысячи миль и ни разу не испытывали недостатка в пище. По свидетельству участника экспедиции Г. Уилкинса, после окончания похода В. Стефансон и его спутники олицетворяли собой воплощение здоровья, а все собаки были упитаны и резвы.
Не менее успешно осуществлены В. Стефенсоном и походы 1915— 1917 гг., во время которых регулярно проводились метеорологические наблюдения и астрономические определения координат, измерялась глубина океана, были открыты и бегло обследованы три не известных ранее острова.
В 1917 г. В. Стефансон должен был возвращаться на родину. Он предполагал опубликовать отчет о результатах экспедиции 1913—1917 гг. и вслед за тем организовать новую экспедицию, целью которой было бы производство длительных стационарных наблюдений на дрейфующей льдине в море Бофорта. К месту работы участники дрейфующей группы намеревались пройти с северного берега Аляски, пользуясь в качестве транспортных средств собачьими упряжками. Жизнь на дрейфующей льдине, как и в походах, предполагалось обеспечивать за счет охоты. Однако последующие события внесли существенные изменения в планы В. Стефансона. «Белый медведь» — судно, на котором он должен был возвращаться, — основательно сел на мель в гавани у о. Бартер, и, так как время навигации было упущено, пришлось остаться там на зимовку. Тогда, чтобы не терять зря времени, В. Стефансон решил осуществить намечавшийся дрейф уже весной 1918 г., без предварительного выезда на Большую Землю.
Как только морской лед окреп настолько, чтобы выдерживать тяжесть нарт, В. Стефансон и С. Сторкерсон отправились на нескольких собачьих упряжках на восток, где закупили на факториях и у местного населения лучших ездовых собак и необходимое экспедиционное снаряжение.
В. Стефансон предполагал сам возглавить дрейфующую группу, но в самом начале 1918 г. он тяжело заболел и поручил это ответственное дело С. Сторкерсону, которого считал лучшим из всех известных ему ледовых путешественников.
 Сторкер Сторкерсон.jpg
Итак, утром 15 марта 1918 г. С. Сторкерсон в сопровождении двенадцати спутников вышел в районе о. Кросс с северного берега Аляски на лед моря Бофорта и направился на север. В распоряжении путешественников было восемь нарт, в которые запряжены были пятьдесят шесть отборных ездовых собак. Общий вес погруженного на нарты экспедиционного снаряжения составил 3650 кг — в среднем 65 кг на каждую собаку.
Как и следовало ожидать, первые дни пути оказались наиболее тяжелыми. Сильно всторошенный прибрежный лед затруднял продвижение, выматывал силы и людей, и собак. Для постройки снежных хижин (иглу) не находилось пригодного снега, и ночевали поэтому в холодных палатках. Но по мере удаления от берега, как отмечал С. Сторкерсон, условия похода улучшались, ледяные поля становились все большими по размерам и путешественникам все реже приходилось прокладывать путь через гряды торосов, окаймлявших эти льдины. Хороший снежный покров позволил начать постройку снежных хижин, которые обеспечивали значительно лучшие условия для ночлега и отдыха.
4 апреля, когда путешественники находились на 72° с. ш. и 147° з. д., в 105 милях от о. Кросс, на берег была отправлена первая вспомогательная группа в составе трех человек.
8 апреля, приблизительно на 72° 45' с. ш. и 147° з. д. С. Сторкерсон и его спутники вышли на обширное ледяное поле, пересечение которого заняло полных три часа. С северной стороны ледяное поле было ограничено большим разводьем, противоположные берега которого местами не были даже видны. Не имея возможности обойти разводье, путешественники построили снежную хижину и обосновались на этой льдине, приблизительно в 165 милях {1} от северного берега Аляски, откуда был начат ледовый поход.

{1} В. Стефансон определяет это расстояние в 275 миль. Это, очевидно, описка или опечатка. См. кн.: Discovery. The autobiography of Vilhjalmur Stefansson, New York — Toronto — London, 1964.

В ночь на 15 апреля на берег ушла вторая вспомогательная группа в составе пяти человек. На льдине осталось пятеро: кроме С. Сторкерсона в эту группу вошли А. Мейсик, А. Гамер, Е. Найт и М. Килиан, добровольно согласившиеся на длительный дрейф. В их распоряжении имелось пять нарт и шестнадцать самых лучших ездовых собак.
В соответствии с основной установкой — жить в походе и дрейфе за счет промысла зверя — с берега было взято лишь ограниченное количество продовольствия и керосина на случай крайней необходимости. Поэтому первой заботой С. Сторкерсона была охота: надо было сразу создать достаточный запас мяса для питания людей и кормления собак и жира, который должен был заменить керосин.
Обследование льдины показало, что наиболее перспективный район для промысла зверя — восточная часть разводья. Желая приблизить жилье к месту промысла, путешественники 16 апреля перенесли несложное снаряжение своего лагеря на три мили к востоку и здесь, на северном берегу льдины, построили новую снежную хижину. Выбор места оказался вполне удачным, и уже в ночь на 17 апреля охотники добыли пять тюленей, давших в общей сложности около 200 кг мяса и жира. Все же на первых порах, пока не сделали достаточно большого запаса этих про-дуктов, положение с продовольствием и топливом было несколько напряженным. Но случаев, когда бы люди остались без пищи, а собаки — без корма, не было. К середине июня добыли уже сорок два тюленя и четыре белых медведя, что дало около 3 т мяса.
С наступлением лета, когда тюлени теряют значительное количество подкожного жира, а поверхностные слои морской воды распресняются и становятся менее плотными, добыча тюленей становится очень трудной: убитый зверь быстро тонет. Поэтому с середины июня охоту на тюленей прекратили на два месяца. Это было тем более необходимо, что ограниченный запас патронов не позволял тратить их попусту. С середины августа промысел возобновился, и к концу месяца было добыто еще пятьдесят четыре тюленя и два белых медведя.
Работники современных, достаточно комфортабельно оборудованных дрейфующих станций испытывают немало неприятностей, которые несет с собой арктическое лето. При таянии снежный покров превращается в раскисшее, трудно проходимое месиво; повсюду на льду разливаются большие и малые озера (снежницы); пронизывающая сырость заставляет людей зябнуть порой даже больше, чем в зимние морозы. Все это с еще большей силой обрушилось на группу С. Сторкерсона, снаряженную крайне примитивно.
Снежная хижина, обеспечивавшая тепло и возможность просушить одежду, растаяла, и люди переселились в парусиновую палатку, все оборудование которой состояло из широких полозьев двух тобогганов {1} — на них и обедали и располагались спать на ночь. С большим трудом удавалось поддерживать в надлежащем виде одежду и постельные принадлежности из оленьих шкур: незаменимые в зимних условиях, они особенно подвергаются порче от летней сырости.

{1} Тобогган — сани, состоящие из одного широкого полоза и используемые для перевозки тяжестей по рыхлому снегу; применяются канадскими индейцами, кольскими саами.

Можно только удивляться, как столь тяжелые условия жизни на дрейфующей льдине, необходимость уделять много сил и времени добыче питания для себя и корма для собак не помешали С. Сторкерсону и его товарищам выполнить ценные и весьма интересные научные наблюдения, тем более, что наблюдения проводились в районе моря Бофорта, где до этого не плавало ни одно судно и не работала ни одна экспедиция.
С самого начала дрейфа велись регулярные метеорологические наблюдения, систематически измерялась глубина моря. Во всех случаях, когда позволяла погода, определялись астрономические координаты, что позволяло наносить на карту дрейф льдины и привязывать к месту научные наблюдения. Большое внимание уделял С. Сторкерсон изучению животной жизни. В списке наблюдавшихся им животных приводится большое число птиц, белый медведь, белуха, тюлени, рыбы, морские беспозвоночные. Основной вывод, какой сделал С. Сторкерсон из своих зоогеографических наблюдений, состоял в том, что море в районе дрейфа достаточно богато жизнью и способно обеспечить пищей не только китов и белых медведей, но и человека.
Тщательно изучая льдину, на которой располагался дрейфующий лагерь, С. Сторкерсон назвал ее ледяным островом (Island of ice). Это было грандиозное ледовое образование шириной около 7 миль (13 км), а длиной более 15 миль (28 км). При этом С. Сторкерсон отметил, что назвал длину только обследованной им части ледяного острова. Его действительная протяженность была значительно больше и, возможно, достигала 30 миль (56 км). Толщина ледяного острова непосредственным измерением не определялась; для этого у С. Сторкерсона не было необходимых приборов. Но по косвенным расчетам он определил ее в 50—60 футов (15—18 м).
По отношению к окружающим дрейфующим льдам, писал С. Сторкерсон, ледяной остров вел себя как настоящая суша. Ледяные поля меньших размеров в большей степени, чем ледяной остров, были подвержены действию ветра и дрейфовали быстрее его. Поэтому при западных ветрах всегда образовывалось разводье под восточным берегом острова, при восточных ветрах — под его западным берегом. Сходство с сушей ледяному острову придавал и его рельеф. Множество ледяных холмов и гряд, бесчисленное количество озер талой воды в летнее время, по словам С. Сторкерсона, очень напоминали ему некоторые районы Среднего Запада США и Канады.
С. Сторкерсон был первым арктическим путешественником, который так детально обследовал дрейфующий ледяной остров и дал его описание, в общих чертах нисколько не противоречащее современному представлению об этих ледяных образованиях {1}.

{1} Дрейфующие ледяные острова — разновидность крупных айсбергов с волнисто-холмистой поверхностью; образуются в результате обламывания шельфовых ледников Канадского арктического архипелага.

Наблюдения за дрейфом льдов привели С. Сторкерсона к заключению, что в море Бофорта между 72° 30' и 74° с. ш. постоянного течения не существует и что лед в этом районе дрейфует исключительно под воздействием ветра. Как мы знаем теперь, это утверждение не соответствует действительности; дрейф морских льдов определяется более сложным комплексом причин. Впрочем, уже B. Стефансон считал утверждение C. Сторкерсона слишком эмоциональным и в 1921 г. отмечал, что дальнейшее изучение может показать, что льды дрейфуют не только под воздействием местного ветра.
В конце августа С. Сторкерсон заболел астмой. Опасаясь, что он не сможет выполнять обязанностей руководителя группы, а это поставит в тяжелое положение его менее опытных товарищей, С. Сторкерсон объявил о решении возвращаться на материк. 9 октября 1918 г., когда дрейфующий ледяной остров находился на 73° 10' с. ш. и 148° з. д., С. Сторкерсон и его спутники, взяв с собой запас продовольствия на пять—десять дней, покинули лагерь и направились на собачьих упряжках к югу.
Походы по дрейфующим льдам арктических морей предельно тяжелы в любое время года; осенью же, в условиях наступающей полярной ночи и когда льды еще недостаточно окрепли, такие походы не только тяжелы, но и опасны. Тем не менее все обошлось благополучно, и, преодолев свыше двухсот миль пути по дрейфующим льдам, 8 ноября путешественники вышли на северный берег Аляски, недалеко от того места, откуда они весной отправились в свой отважный поход.
За 184 дня дрейфа, с 8 апреля по 9 октября 1918 г., ледяной остров, на котором располагался лагерь исследователей, переместился из точки с координатами 72° 45' с. ш. и 146° 45' з. д. в точку 73° 10' с. ш. и 148° з. д., пройдя по генеральному направлению на северо-северо-запад 73 мили (135 км). Протяженность истинного дрейфа, изобиловавшего многочисленными зигзагами и большими петлями, составила около 440 миль (815 км). Ледяной остров продрейфовал через район, где на карте, опубликованной в 1912 г. Американским географическим обществом и Американским музеем естественной истории, была нанесена Земля Кенана, которой в действительности не оказалось. На этом месте С. Сторкерсон обнаружил глубину моря более 2900 м.
Всего группа С. Сторкерсона провела на дрейфующих льдах моря Бофорта, включая поход к ледяному острову и обратно, 239 суток. «Моя группа из пяти человек, — писал С. Сторкерсон, — оказалась в состоянии безопасно и комфортабельно прожить в арктическом море восемь месяцев и ни разу не оставалась без пищи. Правда, я заболел астмой, но люди бывают подвержены этой болезни в любой стране и при любом климате. Поскольку мы можем судить, мы могли бы прожить на льду восемь лет так же легко, как восемь месяцев» {1}.

{1} V. Stefansson. The Friendly Arctic. New York, 1943, p. 728.

Дрейфующая станция С. Сторкерсона не послужила и не могла послужить прототипом для организации советских, а затем и американских дрейфующих станций. Программа работ станции С. Сторкерсона была ограничена сравнительно немногими раз¬делами физической географии, она не располагала средствами радиосвязи для передачи результатов наблюдений на береговые базы. Программа работ советских дрейфующих станций неизмеримо шире, а радиосвязь делает их важными оперативными органами гидрометеорологической и ледовой службы Северного Ледовитого океана.
Современная дрейфующая станция снабжена и разнообразной научной аппаратурой, и всевозможным техническим оборудованием. Если уже для обеспечения работы Папанинской дрейфующей станции на лед было доставлено около 10 т грузов, то при организации каждой из дрейфующих станций «Северный полюс — 16» и «Северный полюс — 17» на лед выгружали 140—160 т, в том числе такие тяжеловесные грузы, как радиотеодолит «Малахит», электросиловое оборудование, наземный механический транспорт. Совершенно очевидно, что доставить такие грузы на расстояние 500—700 км от ближайшей береговой базы с помощью собачьих упряжек не представляется возможным. Нельзя также содержать современную дрейфующую станцию за счет охоты на морского зверя и белого медведя. Решающее значение в создании Папанинской дрейфующей станции «Северный полюс-1» имел опыт ледового лагеря Шмидта, в течение двух месяцев дрейфовавшего в 1934 г. в Чукотском море. И хотя этот лагерь возник в результате гибели экспедиционного парохода «Челюскин», здесь в большей степени, чем когда-либо раньше, были продемонстрированы возможности выполнения широкого комплекса научных наблюдений и исследований в условиях дрейфа на морских льдах. Успешные полеты советских летчиков с посадками в лагере Шмидта, завершившиеся эвакуацией на береговые базы всех 104 участников дрейфа, навели на мысль о реальности и целесообразности доставки будущих дрейфующих станций к месту работы именно самолетами. «После Челюскинской эпопеи, — писал О. Ю. Шмидт, — вопрос об организации дрейфующей станции в районе Северного полюса встал перед нами совершенно конкретно... Это было мечтой всех полярников и предметом разговора на всех зимовках, ледоколах, во всех летных отрядах» {1}.

{1} Труды дрейфующей станции «Северный полюс», т. I, Л., 1940, стр. 10.

Работа Папанинской станции ознаменовала крупный этап в научном исследовании Северного Ледовитого океана, получившим особое развитие в послевоенные годы. В настоящее время в Арктическом бассейне работают уже дрейфующие станции «Северный полюс - 16», «Северный полюс - 17» и «Северный полюс - 18». Начиная с 1951 г. наряду с советскими дрейфующими станциями в Арктическом бассейне работают одна-две дрейфующие станции США.
Но все это ни в какой степени не умаляет героического подвига В. Стефансона и С. Сторкерсона. Они внесли заметный вклад в изучение Северного Ледовитого океана, а их профессиональное мастерство как ледовых путешественников, наряду с походами Ф. П. Врангеля, Ф. Нансена, Р. Пири, Г. А. Ушакова и некоторых других, является образцовым примером и в наши дни.
В заключение надо сказать, что приведенные примеры, конечно, не исчерпывают все случаи длительного дрейфа людей на морских льдах а прошлом; они имели место во все времена, с начала плавания человека в Северном Ледовитом океане и в прилегающих к нему северных районах Атлантического и Тихого океанов. Но о них мы или ничего не знаем, или располагаем лишь самыми отрывочными сведениями. Ни в отечественной, ни в зарубежной литературе нет ни одной монографии, ни одной обобщающей работы, посвященной этой теме. Только о немногих дрейфах сохранились отдельные печатные свидетельства, но они, как правило, затеряны в редких или малодоступных изданиях. Вместе с тем изучение дрейфов прошлого пред-ставляет не только большой исторический интерес, но имеет и несомненную практическую ценность, так как позволит получить дополнительный материал для исследования эволюции ледового режима Северного Ледовитого и северных районов Атлантического и Тихого океанов.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11088
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

Сторкер Теодор Сторкерсон (1883-1940)

Сообщение [ Леспромхоз ] » 15 Август 2012 08:35

Storker Teodor Storkerson
(this biography written by Jette Elsebeth Ashlee)
Storker Teodor Storkerson led a life marked by triumph and tragedy. Born in 1883 in Arctic Norway, Storkerson registered as a seaman in the merchant marine at the age of 16. In Victoria, in 1906, he met Danish explorer Ejnar Mikkelsen and American geologist Ernest de Koven Leffingwell who were planning an expedition to the Beaufort Sea. Storkerson joined them on the "The Anglo-American Polar Expedition" which charted the continental shelf north of Alaska. Vilhjalmur Stefansson was also a member of this expedition. When Stefansson returned with Dr. R. M. Anderson on the Stefansson-Anderson Expedition of 1908-12, Storkerson helped them navigate small sloops filled with supplies and equipment.

At Herschel Island in 1910, Storkerson married Uiniq, or Elvina (1895?-1931) as she was known in English, the first born of the union between Klengenberg from Denmark and Kemnik from Alaska. They lived on the Mackenzie River Delta until February 1914 when Stefansson, then leader of the Canadian Arctic Expedition (1913-18) was recruiting a new Northern Party after losing his men and equipment with his flagship, the Karluk. Storkerson was hired by Stefansson, as was Uiniq who worked as a seamstress to the expedition.

 Сторкерсон Сторкер.jpg
Storker Storkerson, standing with hands on hips, in 'long John' underwear shirt, pants, and boots, on rocky shore, probably Polar Bear camp south of Armstrong Point, northwest Victoria Island, N.W.T. June 2, 1916. GHW 51679. Source: Canadian Museum of Civilization

Storkerson distinguished himself on the Canadian Arctic Expedition, one of the last great journeys of discovery unsupported by radio communication or aircraft. In 1914 and 1915 Storkerson explored the Beaufort Sea with Stefansson and Ole Andreasen. They found no land in 1914 but did discover four unknown islands north of Prince Patrick Island in 1915 and 1916. Storkerson almost completed mapping the north coast of Victoria Island in journeys of 1915 and 1917, conducted the first ever hydrographic soundings from floating sea ice, and outlined the continental shelf between Alaska and the Arctic Archipelago. When Stefansson fell ill in 1918, Storkerson led the final sea-ice journey to close the Expedition.

 Сторкерсон Сторкер_2.jpg
Storker Storkerson, his wife Elvina, and their daughters Martina and Aida at the Polar Bear camp, Armstrong Point, northwest Victoria Island, N.W.T. June 1, 1916. GHW 51180. Source: Canadian Museum of Civilization

Following the expedition, Storkerson left his wife and their three daughters – Martina Novaluk (1911-1931); Aida Mamaginna (1915-1986); and Bessie Povlirak (1918-1998) – at St. Peter's Anglican Mission at Hay River in the Northwest Territories. Storkerson then joined Stefansson in establishing the Hudson's Bay Reindeer Company to introduce reindeer from Norway to Baffin Island, an early project in sustainable development designed to make reindeer herders out of Inuit caribou hunters. As resident manager of the reindeer enterprise, Storkerson was to have been reunited with his wife and daughters at Amadjuak Bay on Baffin Island. However, in a flash of anger over the Hudson's Bay Company hiring a helper to assist him with selecting and transporting reindeer, which Storkerson interpreted as a challenge to his integrity, he abruptly quit his position and returned to Norway to establish his own private reindeer business in 1921.

 Сторкерсон Сторкер_3.jpg
Notice advertising Storkersen's lecture at the Engineering Institute of Canada, March 29, 1920. Source: Canadian Museum of Nature

His business failed and by 1925 Storkerson was destitute. He made one last attempt to return to his family by mounting an expedition over the North Pole to Canada. But as a Norwegian national, in the wake of Otto Sverdrup claiming parts of the Arctic Archipelago for Norway, Storkerson could not obtain the required exploration licence. Storkerson was woven into a catastrophic web of circumstance, from which he had no recourse. The failures of both his reindeer business and exploration plans to return to his family in Canada pushed him over an edge from which he never returned. Storkerson was institutionalized until his death at Sørøysund, Norway on March 22, 1940 and is buried near his birthplace.
A large peninsula on the north coast of Victoria Island as well as a bay, lake and a river on Banks Island bear the name Storkerson.

http://www.civilization.ca/cmc/exhibiti ... 612e.shtml

© Canadian Museum of Civilization Corporation
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11088
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск


Вернуться в Дрейфующие научно-исследовательские станции



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения